Проект «Вверхшифтеры выходного дня»: «Волик». К победе!

Обстоятельство непредвиденной силы

Другими словами, мне ещё учиться и учиться. Находятся скептики, считающие все мои усилия напрасными. «Играть в волейбол - это талант», - говорят они, намекая на то, что, если я до сих пор не стал хорошим игроком, то никогда им и не стану. Похожие реплики звучат и в нашей волейбольной тусе. Если их цель вывести меня из игры, отвечаю: «Не дождётесь!» Я преодолею весь негатив и таки научусь достойно играть в «волик» - так мы называем игру между собой. Чтобы это быстрее случилось – маленькая попытка самоанализа и одновременно жест одобрения всем новичкам.

Вообще я по натуре - индивидуалист и человек, склонный к медленному, поступательному освоению того или иного навыка. С этой точки зрения волейбол, действительно, не мой вид спорта. Здесь важны натиск, моментальная реакция и умение работать в команде – качества, которые и в жизни, понятное дело, пригодятся. Поэтому, несмотря на все трудности, я продолжаю упорствовать в волейболе.

Кстати, о трудностях… На первом занятии Фарид (все имена в тексте изменены – П.В.), считающий себя большим докой по части волейбола, объяснил своё видение нижнего приёма подачи. С его слов выходило, что точкой касания мяча должны быть кисти и костяшки рук (в действительности, нижняя часть предплечий). Последуй я его совету, и не избежать бы мне в тот вечера перелома. Но я вышел из игры по другой причине. Я поспешил принять мяч одновременно с дамой по имени Даша, и… получил непреднамеренный, но от того не менее сильный, удар дашиного локтя в правый глаз. Резкая боль, звук как будто молотком стукнули по сочному гранату, и я отправляюсь зашивать веко в травмпункт. В игре я находился от силы полчаса.

Мания участия

Следующая игровая встреча для меня состоялась недели через три. Уже на этапе разминки обнаружил, что после травмы я ужас как боюсь принимать мяч. В момент, когда он на меня летит, просто отхожу в сторону, за что словил несколько критических замечаний от игроков. В голове прочно засела мысль: «И чего я тут стою?! Только другим мешаю». Для её исполнения я пошёл в раздевалку. «Ты куда? Нет, брат, так не пойдёт» - остановил мои сборы Иннокентий, зашедший в раздевалку попить воды. Буквально силой он возвратил меня в зал, где пара удачно проведённых пасов вернули мне былой настрой.

Иннокентий на тренировки теперь ходит редко. Как выяснилось, он страдает шизофренией, из-за чего периодически ложится в «психушку». Странный парень – иногда навязчивый, иногда застывающий в своих действиях (встанет и барабанит мячом по потолку, пока его не отругают), но в том, что я сегодня продолжаю играть в волейбол, есть его огромная заслуга. Он завернул меня в тот момент, когда я, поддавшись эмоциям, был готов сдаться.

Ещё с нами ходила девушка по имени Гульген. Это она придумала идею с волейболом и довела её до логического воплощения. В частности, Гульген договорилась с администрацией одной из школ об аренде зала за необременительные 50 рублей с носа. И она же потихоньку слилась, так как, несмотря на все скидки (ей, например, разрешали подавать мяч с линии нападения), она так ничему и не научилась.

Или правильнее будет сказать: не захотела научиться. У меня вот тоже не получались подачи - мяч либо летел в потолок, либо ударялся об сетку – но я стал по вечерам заниматься во дворе, и навык сформировался. (Мои подачи даже считают сложными – так близко падает мяч за сеткой.) После того как к вечерним тренировкам присоединилась жена, стали заметно лучше получаться пасы. Других успехов индивидуальных тренировок не назову, потому что в виду загруженности они случаются всё реже.

Естественный отбор

Зато игровые встречи с приходом тепла и удлинением светового дня происходят всё чаще. Из зала мы переместились на открытую волейбольную площадку и поняли, в какой тесноте мы до этого играли. Правда, теперь нам приходится договариваться с баскетболистами и уворачиваться от мячей, летящих с соседней площадки для мини-футбола, но эмоции от игры на свежем воздухе перевешивают все минусы.

Как и в любой другой командной игре, в волейболе ограниченное количество игроков – шесть на шесть. Когда мы только начинали встречаться, игроков хронически не хватало. Затем ситуация изменилась и неформальные организаторы наших встреч (такие всегда появляются) ввели запрет на приём новых людей. А заодно стали отсеивать тех, кто чем-нибудь напрягал остальных.

Первой отсеяли Настю. Столь сильно закомплексованной девушки я ещё не видел. Если к Насте летел мяч, она его судорожно брала в руки вместо того, чтобы попытаться отбить. Ей, разумеется, начинали объяснять, что с мячом так не поступают, показывали, как нужно делать пас. Настя мялась, виновато опускала глаза и при очередном броске в её сторону повторяла свою ошибку… После двух тренировок с участием Насти её исключили из беседы, дав понять, что не хотят с ней дальше мучиться.

У старшеклассника Никиты выявилась дурная привычку материться в адрес игроков, которые, по его мнению, «портили игру». Никиту предупредили о недопустимости такого поведения. Он на следующей игре снова матюкнулся, причём, на этот раз в адрес одного из неформальных лидеров нашей тусы, и… был выгнан из зала, что называется, взашей.

Никита оказался настырным парнем. Он пришёл к нам на открытую площадку, его снова «отшили», и тогда он пригласил подмогу – внушительных размеров папу - по слухам, депутата горсовета. Драка казалась неминуемой, но Никитин папа, поняв, что его габариты, депутатский мандат и дешёвые печатки на пальцах не возымели должного эффекта, поступил дипломатично: «И ты хочешь с ними играть?! Пошли лучше отсюда», - сказал он сыну, и на этом инцидент был исчерпан.

Во время описанной выше разборки Никита жаловался отцу на постоянные замечания в свой адрес, которые же и побуждали его матюгаться. Ребята в ответ ставили в пример меня – вот, мол, человека критикуют ещё больше твоего, а он ни на кого не срывается. Объективная, хотя и не самая приятная оценка моего поведения на встречах. Но ради волика я готов и на это.

 Павел Вотяков