«Олимпиаду в Монреале провалили из-за ошибок тренерского штаба"

«НЕ МОГЛИ ПОДНЯТЬСЯ НА ВТОРОЙ ЭТАЖ БЕЗ ОДЫШКИ»

– Батоно (уважаемый в переводе с грузинского, - Прим. Ред.) Владимир, если касаться вашей спортивной карьеры, то вы пропустили обе победные Олимпиады, а участвовали на той, где сборная СССР заняла всего лишь восьмое место. Почему?

– Согласен, мы выступили очень плохо, в чём, я считаю, основная вина нашего тогдашнего тренера Анатолия Блюменталя. Он перед Олимпиадой провёл 10-дневный сбор в Оттаве, где мы тренировались в 25-метровом бассейне. Там оттолкнёшься от одного бортика, сделаешь два-три гребка, и ты уже на другом бортике. Помимо этого, мы там всей командой не умещались. Там ещё хозяева хлоркой обильно «удобряли» воду, в результате чего наше физическое состояние было хуже некуда. Я начал бунтовать, пошел к Блюменталю: «Почему вы нас здесь  держите? Почему мы не едем в Монреаль?» Перед Олимпиадой мы всех обыгрывали, к примеру, разгромили голландцев. Они в итоге на Олимпиаде нас обыграли и стали бронзовыми призёрами. А мы…  А мы еле ноги волочили. Дали нам тренировку на суше, в футбол поиграть, так через десять минут все лежали, задыхаясь.  Мы на второй этаж гостиницы не могли подняться без одышки.

– А почему вы в одиночку «бунтовали», и не нашёлся кто-то из игроков, кто бы поддержал?

– Вот мы меня сейчас спросили. Не знаю! Хотя там были такие же опытные игроки – Алексей Баркалов, Александр Кабанов, но возмущался я один. Более того, мы уже не боролись за медали, но по регламенту должны были играть матч за седьмое место с Кубой. Так Блюменталь заявил, что мы на него не остаёмся, а летим обратно, в СССР. Ему говорят: «Ты что? Это же не первенство водокачки, это Олимпиада! Нас же дисквалифицируют». Только так уговорили остаться. Но в итоге мы не играли, и нам засчитали техническое поражение в матче с Кубой.

– После этой Олимпиады сборную срочно начали омолаживать, пришло новое поколение. Евгений Шаронов, Евгений Гришин, Михаил Иванов, Георгий Мшвениерадзе, Эркин Шагаев - ватерполисты из молодого поколения, которое стало победным. 

– Да, хотя на той Олимпиаде я также мог участвовать. Вообще я готов был играть в Мюнхене, но меня не взяли в состав, который в итоге стал чемпионом. Перед Олимпиадой в Москве я уже не приглашался в сборную. Там из участников Монреаля-76 остались только Баркалов и Кабанов. 

«СБОРНАЯ СССР ВЫИГРЫВАЛА ЧЕМПИОНАТЫ МИРА, КОТОРЫЕ НИКТО НЕ БОЙКОТИРОВАЛ»

– Не зря они отмалчивались на той Олимпиаде?

– Ну, конечно, не из-за этого их оставили в сборной. Просто пришёл новый наставник - Борис Попов, который начал строить другую сборную. Собрал молодых, они начали выигрывать, но перед самой Олимпиадой он почувствовал атмосферу в коллективе, которую можно сравнить с шапкозакидательской. Тогда Попов позвонил мне, предложил приехать на предолимпийский сбор. Я удивился, поскольку сезон уже закончился, и тогда я уже играл только на уровне лидера тбилисского «Динамо». А это не совсем то, что необходимо для вызова в сборную. Спрашивал: «Ты гарантируешь моё попадание в окончательный состав?» - Попов отвечал: «Приезжай, помоги, там посмотрим». Я приехал, был в стартовой семёрке. Но перед определением окончательного состава меня опять «прокатили».

– Вы не считаете олимпийский турнир в Москве из-за того, что там не было сборных США и ФРГ?

– Нет. Сборная СССР в те годы выигрывала чемпионаты мира, которые никто не бойкотировал.

– Вы не попали на Олимпиаду и закончили карьеру?

– Да, в 1981 году в 33 года.

«НАМ БЫ В ГРУЗИИ ТАКИЕ ДЕРЕВНИ, КАК В ИТАЛИИ»

– Не видели смысла играть в других командах, рангом пониже. Или в советской Грузии их не было?

– Почему? Были! Существовал «Буревестник», «Локомотив», они выступали в первой лиге. Но они были слабее, чем тбилисское «Динамо», не могли создавать ему конкуренции. Игроки туда приходили из различных секций: «Динамо», при Министерстве просвещения, при профсоюзах. В Батуми была команда, откуда вышел Пётр Бреус - бронзовый призёр Олимпиады-1956. Водное поло в нашей республике всегда было на уровне. Когда в Тбилиси проводились матчи чемпионата СССР, то мест на трибунах не было. Зрители собирались, горячо болели, а когда обижались, в соперников летели 20-копеечные монеты (смеётся). Что вы хотите? Грузины - народ горячий. Сейчас ничего этого нет, всё разрушилось. К примеру, мы сборы проводили в итальянском городе Рекко, откуда родом сильнейшая команда мира «Про Рекко». Там живут всего 10 тысяч человек, и через каждые пять-семь домов стоят бассейны. Кстати, это самое Рекко называют коммуной - деревней, по-нашему. Я думаю, дай Бог, если бы такие деревни были у нас в Грузии!

– Что было с вашей послеспортивной карьерой?

– Закончив со спортом в 33 года, я сначала работал в райкоме партии, потом учился в Академии МВД, работал в Министерстве внутренних дел и к 1990 году был начальником ОБХСС в Тбилиси.

– Начальником ОБХСС? Ну, как говорится, второй после Бога.

– (Смеётся). Да, там я работал до отъединения Грузии, пока к власти не пришёл Звиад Гамсахурдия. Со временем я стал полковником МВД, работал во вневедомственной охране. Работал в этой структуре до 2004 года, пока у руля власти не встал Михаил Саакашвили.

«ГРУЗИЯ НЕ МОЖЕТ ПОХВАСТАТЬСЯ СИЛЬНОЙ ЭКОНОМИКОЙ»

– Как обстояли дела со спортом после того, как Грузия стала независимой?

– У нас был отличный футбол, ещё после развала СССР мы были конкурентоспособными за счёт поколения, выросшего в СССР, но сейчас безнадёжно отстали. Для того, чтобы вернуться в число сильнейших, нужны огромные финансовые вливания наравне с теми, которые осуществляют ведущие клубы мира, а у нас в Грузии сейчас нельзя похвастаться сильной экономикой.  То же самое, в меньшей степени, касается баскетбола, гандбола, которые сильно развивались в республике, когда она входила в состав СССР. А в водном поло, объективно говоря, конкуренция слабее, финансов нужно гораздо меньше.  Сборная уже играет на чемпионатах Европы, сейчас нужно только подняться в число семи-восьми ведущих стран мира, чтобы отбираться на чемпионаты мира и Олимпиады. Есть вектор развития. Нужно двигаться дальше, нужно снова налаживать отношения, прежде всего, с Россией. Наши националисты очень сильно их испортили.

– Как обстоят дела с «Лигамусом»?

– Команда прекратила существование. Дело в том, что её содержал тбилисский университет, но финансов не хватило, и на основе «Лигамуса» был образован «Локомотиви», который спонсирует наша железная дорога. Помимо этого, осознавая необходимость создания внутренней конкуренции, была создана новая команда «Тбилиси», которую содержит администрация города. Понятно, это очень мало для полноценной конкуренции, потому мы стараемся наших перспективных игроков отправлять играть в зарубежные команды. Либо сильнейших ватерполистов Грузии покупают в европейские клубы, что тоже хорошо. 

– В ватерпольной сборной Грузии играли сразу несколько легионеров из бывшей Югославии. А кто с ними договаривался?

– Изначально я это делал, когда был назначен главным тренером сборной. А потом тренером сборной стал Иован Попович, которого мы поначалу привлекали в сборную, как легионера. Он знает языки, у него обширные знакомства в современном водном поло, и он справляется с этой работой.  У нас в руководстве страны сейчас появилось уже стойкое ощущение, что только в водном поло, если говорить об игровых видах спорта, мы можем достигнуть определённых результатов, выступать на чемпионатах Европы, пробиваться на Олимпиады. Главное сейчас – определить приоритеты и в спорте, и в политических отношениях, в том числе и с Россией.

Данила Багров