Научить не бояться пространства

В Казанском инновационном институте имени Тимирясова прошла VIII международно-практическая конференция, посвященная инклюзивному образованию. Корреспондент портала «Вверх» выяснил, почему американский министр предлагал председателю Общества инвалидов РТ Рифату Ганибаеву искупаться с акулами, в каком районе Казани самые благоприятные условия для обучения детишек с ОВЗ, а также в рамках форума побывал в единственном детском саду города, с группой для незрячих детей.

Новая философия

Инклюзивное образование постепенно перестает быть для нас экзотикой. В Татарстане появляется все больше учебных заведений готовых принять детей с ограниченными возможностями здоровья (ОВЗ). По словам начальника управления профобразования Минобрнауки РТ Анны Сидоренко, сейчас в школах республики обучается около 11 тысяч таких ребят. В системе профобразования  - 1,5 тысячи человек. В вузах – около 700. Из них 550 человек на очной форме. 

При этом Татарстан остается одним из немногих субъектов, где в полном виде сохранилась сеть специальных коррекционных образовательных учреждений. Их в регионе 52. Там учится 7 тысяч детей-инвалидов.

Впрочем, за позитивной статистикой скрывается еще немало проблем. Это и психологическая неготовность общества (в том числе и учителей) к тому, чтобы особенные дети учились бок о бок со здоровыми, и нехватка педагогических кадров, и дефицит специальных образовательных методик.

Наконец, еще не выстроена преемственная система инклюзивного образования, которая позволяла бы довести ребенка с ОВЗ от садика до вуза и работы.

Решением этих задач, в том числе и занимается КИУ, имеющий статус федеральной инновационной площадкой в области инклюзии.

- Обучение детей с различными особенностями требует индивидуального подбора педагогических технологий, слаженной работы педагогов, психологов, дефектологов в течение всего периода обучения, - отметила ректор вуза Асия Тимирясова.

- К сожалению, не каждая организация готова к такой кропотливой работе. И не в каждой есть специалисты, которые способны четко и грамотно спроектировать инклюзивный образовательный маршрут от дошкольного возраста до получения профкомпетенций.

Ректор КИУ подчеркнула, что инклюзия должна сопровождать человека всю жизнь. Это не просто направление в образовании, а новая философия. Чтобы она овладела умами, требуется время. В Финляндии, которая считается самой передовой в этой сфере, инклюзивное общество строилось 20 лет. 

Искупаться с акулами

А вот депутат Госсовета РТ и Общества инвалидов РТ Рифат Ганибаев с яркими примерами инклюзии столкнулся в США.

- Инклюзивное образование это не только обучение детей с особенностями.

Главное создать условия, чтобы человек смог найти свое место в жизни. Я был в США и видел человека, у которого двигался только один палец!

У него даже легкие не работали, он всю жизнь прожил на аппарате искусственного дыхания. Его звали Эд Робретс. Он в Америке продвинул идею доступной среды и стал министром Департамента реабилитации. Мы общались, он меня приглашал покупаться среди акул. Было у него такое увлечение.

Рифа Ганибаев отметил, что сейчас в России действует две системы образования для детей с ОВЗ: специализированное (коррекционное) и инклюзивное. Первое дает более качественное образование, а второе делает акцент на социализацию.

- Наша задача инклюзивное образование приблизить по качеству к специализированному, - отметил спикер.

Между тем, при всех трудностях в Казани удалось сформировать кластер инклюзивного образования. Об этом рассказала начальник отдела образования УО Исполкома Казани по Авиастроительному и Ново-Савиновскому районам Галина Латышева. На создание сети ушло четыре года. Сейчас в нее входят детсады, школы, учреждения профессионального и дополнительного образования, медицинские организации, культурно-досуговые центры и благотворительные фонды.

То есть, здесь вполне реально на практике воспользоваться той самой преемственностью – провести ребенка с ОВЗ от садика до вуза.

Дошкольные учреждения – предмет особой гордости. Сейчас в условиях инклюзии в них занимается 21 ребенок. Диагнозы них самые разные от диабета до синдрома Дауна. Для участников конференции эти детсады любезно распахнули свои двери.

Игра в жизнь

Я отправился в детсад № 203, где действует единственная на весь Татарстан группа для незрячих. Садику почти 50 лет, но недавно он пережил второе рождение – капремонт. Здание основательно перепланировали с учетом нужд особых деток.

Здесь есть поручни, резиновые коврики, помогающие передвигаться воспитанникам по помещениям. На шкафчиках в раздевалке рельефные картинки – свою дверцу малыш опознает на ощупь.

В группе светло, уютно и непривычно малолюдно – только семь воспитанников. Это специфика инклюзивного образования – в маленьком коллективе проще заниматься с каждым индивидуально.  

В игровой комнате все предметы находятся на уровне ребенка. Игрушки, пособия рассчитаны на тактильное восприятие и развитие мелкой моторики. Когда мы заглядываем сюда с экскурсией, дети непринужденно занимаются своими делами.

Кто-то возится с деревянными пирамидками, кто-то играет с манекеном мальчика в зимней одежде. Это своеобразный тренажер, на котором ребята учатся застегивать молнии и липучки.

Вообще, как поясняет тифлопедагог Валентина Агафонова, очень большое внимание уделяется освоению бытовых навыков. Дети должны уметь сами одеваться, умываться, есть. Азы самообслуживания постигают через игру.

А вместе с ними приходится «воспитывать» мам и пап. Порой, педагоги просто не разрешают им помогать своим чадам. Например, когда они одеваются.

Родителям таких деток свойственна гиперопека и их можно понять. Но надо преодолевать себя, там, где возможно, позволять ребенку действовать самостоятельно. Иначе социализироваться будет непросто.

- Одно из самых важных направлений – пространственная ориентировка, - рассказывает Валентина Агафонова. - Я работаю с родителями, объясняю, что нужно учить ребенка не боятся пространства, грамотно передвигаться, используя защитные техники. Мы этому учимся через сюжетно-ролевые игры. Это не только ходьба, но и развитие топографических представлений.

На этот случай имеются специальные магнитные доски с домиками и геометрическими фигурками. На них дети «в теории» прокладывают простейшие маршруты: от кроватки до выхода, от шкафчика до двери и т.д. А затем воспроизводят их в жизни. Большинство ребят умеют добираться от группы до участка самостоятельно.

От садика до шоу «Голос. Дети»

Важную роль в развитии незрячих детей играют занятия музыкой. Но здесь тоже нужен особый подход.

- Главное найти тропинку к их душе. И попробовать научить слушать и понимать музыку, - говорит музыкальный руководитель Ирина Матвеева.

- На занятиях с этими детьми я не требую, чтобы они танцевали в соответствие с мелодией. Когда ребенок подпевает, а иногда и просто мычит или качает головой – радость. Самое главное атмосфера, которая возникает между ребенком и педагогом. Я поняла, что им нужны музыкальные игры. Они очень музыкальны и ритмичны. Когда я принесла барабан и показала, как играть, они сразу стали выбивать ритм.

В итоге детям приобрели набор деревянных инструментов: гремуху, коробочку, сороку, трещетку, хлопушку, рубель, тамбурин. Играют с удовольствием. Ирина Матвеева даже создала ансамбль и оркестр.

В инклюзивной группе даже удалось воспитать настоящую звезду. Выпускница детского сада № 203 Олеся Мошейко стала финалисткой шоу «Голос. Дети». Родной садик она не забывает, выступала на его открытии после капремонта.

Есть музыкально одаренная девочка Диляра и в нынешнем наборе. Она села гостям песню на татарском языке. Выступили с танцевальным номером и другие ребята. Им помогали зрячие дети.

Вообще в садике часто проводят совместные праздники, спортивные игры для воспитанников коррекционной и обычных групп. Это важный элемент инклюзии. Но, при этом, насильно общение не навязывают. Учитывается психологическая готовность детей.

Поначалу сотрудники плакали

Безусловно, сейчас детсад № 203 один из образцовых инклюзивных образовательных учреждений. Устроить сюда своих детей стремятся родители не только со всего Татарстана, но из-за его пределов. Одна семья даже специально переехала для этого из Нижнего Новгорода. Однако чтобы достичь этого, потребовались годы труда. По словам заведующей Гульнары Шагимуллиной, начинали с чистого листа. Открытие коррекционной группы инициировали несколько родителей. При этом ни они, ни руководства учреждения не представляли, как же должно быть все устроено.

- Мы боялись, они боялись, - с улыбкой вспоминает она. – Поначалу сотрудники из обычных групп, когда видели незрячих детей, плакали. Потом привыкли.

Очень трудно было найти тифлопедагогов. Не было никакого методического сопровождения. Все методом проб и ошибок.  

С пособиями, тактильными книгами саду очень помогла Республиканская специализированная библиотека для слепых.

Как поясняет Гульнара Шагимуллина, специфика работы требует от педагогов постоянного самообразования. Они посещают семинары, конференции, курсы повышения квалификации. Очень тесный контакт поддерживают с родителями. Обучают их, как закреплять и применять навыки, полученные в детсаду. И главное – формируют активную воспитательную позицию. Ведь без их участия полноценное развитие ребенка невозможно. А троих родителей даже трудоустроили в детский сад, чтобы они могли находиться рядом со своими детьми.

Если в обычных детсадах быстро прерывается связь с выпускниками, то здесь, напротив, очень важно проследить их судьбу, убедится, что дети смогли найти себя в новой жизни.

 - Восемь наших воспитанников поступило в специализированную коррекционную школу № 172, где проходят успешное обучение, - с гордостью сообщает заведующая. – Мы приглашаем их родителей к нам. Они рассказывают мамам и папам нынешних воспитанников, что их ждет в школе, к чему готовится.

Общение родителей незрячих детей между собой – это еще одна важная составляющая инклюзии. Может, это прозвучит странно, они тоже нуждаются в социализации. В силу заболевания ребенка взрослые оказываются в своем замкнутом мирке. Тяжкий груз проблем им приходится нести в одиночестве. Это приводит к психологическим травмам.

В детском саду № 203 они находят единомышленников, друзей, учатся преодолевать трудности. А когда педагогам удается не только помочь ребенку, но и отогреть сердце взрослого – это дорого стоит.

Олег Тихонов