#культурнаясреда: Как учатся музыке в Китае, или как живут русские музыканты в Харбине

Наверное, одна из главных особенностей китайской нации – тяга к познанию, способность молниеносно усваивать информацию. А еще любовь к русской культуре. Вы видели когда-нибудь Харбинскую консерваторию? Это потрясающее зрелище.

Внушительных размеров учебные корпуса выглядят, как постройки дореволюционной России. Здесь занимаются вокалисты и пианисты, исполнители на струнных и народных инструментах. В отдельных зданиях располагаются огромная библиотека, концертный зал, два общежития – для студентов и иностранных педагогов – и столовая. Здесь же футбольное и баскетбольное поля, парковки и просторный парк.

Российское музыкальное образование здесь ценится настолько, что китайцев, желающих учиться в консерваториях России, с каждым годом становится все больше.

Выпустившись, они гарантированно находят себе хорошо оплачиваемую работу на родине.

С не меньшим энтузиазмом в Китае ждут русских профессиональных музыкантов. Так, например, большая часть педагогического состава Харбинской консерватории – россияне. Есть при консерватории и оркестр, куда приглашают на сессионную работу выпускников консерваторий России. Зарплата артистов колеблется от 1200 до 1500 долларов в месяц, проживание и дорогу обеспечивает Китай. По сравнению со средней зарплатой музыкантов в оркестрах России, это весьма приличный уровень дохода.

В Китае для россиян создаются комфортные условия: в распоряжении приезжих множество русскоговорящих помощников и переводчики для педагогов, рабочее место находится в шаговой доступности от жилья, всегда в свободном доступе аудитории для занятий (здесь студенты российских музыкальных колледжей и консерваторий, вечно ждущие свободных классов, должны прослезиться).

Основная идея харбинцев – создать объединенный русско-китайский оркестр, коллектив, в котором музыканты могли бы обмениваться опытом. Для того, чтобы обмен был полноценным, педагоги из России уже четвертый год плотно работают с китайскими студентами и выводят их на соответствующий уровень подготовки.

Аида Зарифуллина, виолончелистка, ассистент-стажер Казанской государственной консерватории имени Н.Г. Жиганова, которая работает в оркестре Харбинской консерватории почти год, поделилась с нами своими наблюдениями.

О Харбинской консерватории и жизни оркестра

В отличие от российских музыкальных вузов, в консерваторию Харбина могут поступить люди, которые занимаются на инструменте всего год. В этом случае особенно непросто приходится педагогу.

Уроки у виолончелистов проходят так же, как и в Санкт-Петербургской, и в Казанской консерваториях – это индивидуальное занятие. Отличие лишь в том, что здесь присутствует еще и переводчик, который доносит замечания и указания педагога до студента. В остальном ничего особенного, за исключением того, педагог может ругаться больше обычного – по-другому, увы, никак. Здесь работают очень хорошие преподаватели из Санкт-Петербурга: Владимир Гуляев (виолончель), Андрей Бугринов (фортепиано), Владимир и Виктория Добровольские (дирижеры), Антон Остапенко (теоретик, композитор) и многие другие.

Расписание студентов состоит из большого числа лекций, изучается история коммунистической партии.

Кстати, предметам, связанным с идеологией, при поступлении уделяют не меньшее внимание, чем специальности и сольфеджио.

Между корпусами консерватории есть внутренние переходы, с помощью которых студенты могут перемещаться из общежития в столовую или сразу на лекцию, не выходя на улицу.

В образовательной практике в Китае в ходу различные системы нотных обозначений: старинные, которые понятны лишь китайцам, и общепринятые.

Музыкальные школы в Китае пока еще довольно слабые по уровню. Сильными считаются консерватории в Пекине и Шанхае, все стремятся уехать на учебу туда. К сожалению, мало кто остается в городах типа Харбина, но я думаю, что вскоре все изменится. Руководство старается вывести консерваторию на новый уровень.

Окестром Харбинской консерватории руководят целых четыре отдела, у коллектива уже состоялись гастроли по Китаю.

Наш оркестр постепенно «обрастает» новыми музыкантами, кто-то приезжает на короткий срок, кто-то остается дольше, но все без исключения очень тепло вспоминают о коллективе. У нас прекрасный директор Тао, очень мудрый человек и музыкант, который трепетно относится к своему детищу.

Несмотря на то, что в Харбине немало русскоговорящих, россиянам довольно сложно без знания языка в повседневной жизни. На работе же они окружены помощниками, которые помогают им общаться с руководством.

P.S. Немного о менталитете:

В Китае меня до сих пор поражает логика, она кардинально отличается от нашей: то, что нормально для нас, для китайцев неприемлемо. Вместе с тем, китайцы очень ценят добропорядочность и отдают дань традициям.

В Китае уважают чужие границы – вплоть до того, что руководство лишний раз подумает, устраивать ли дополнительное совещание на работе.

Сотрудники обычно стараются активно дружить с начальством, проводить время, как с членами семьи, выбираться куда-то вместе.

Китайцы очень любят фотографироваться с иностранцами. Тяга к экзотике настолько сильна, что один их самых распространенных подарков на 18-летие – операция по увеличению разреза глаз.

Если вы собираетесь устраиваться на работу, с вами вряд ли поделятся негативными впечатлениями. Китайцы не любят пугать и скорее всего предоставят вам возможность получить собственный опыт.

Саша Рихтер