«Вверхшифтеры выходного дня»: Эффект НиНо. Часть 1: От кремля до стадиона мундиале

Жена ещё добавила, что неподалёку находится Городец с «красивыми резными домиками» и, собственно, всё – на этом тизер грядущей поездки в 52-й регион был исчерпан.

Идея поездки появилась больше года назад и за давностью сильно изменилась. От услуг РЖД я отказался, предпочтя им более рискованный, но дешёвый и интересный автостоп, подкорректировал маршрут и за компанию с сыном взял дочку 11 лет. Последнее решение мне далось нелегко – Маша капризнее, любит поучать братика, а тот в ответ огрызаться, и там, где сын просто занимается своими делами (например, возится в песке) настойчиво заявляет: «Мне скучно!»

Забегая вперёд, скажу, что мои опасения касательно поведения детей полностью не оправдались. Я это назвал «эффектом НиНо» и пока даже затрудняюсь сказать, кого он больше затронул – меня или детей. Знаю только, что в качестве название для данного материала он вполне себе ничего.

«Снег растаявший – он вода»

До Нижнего добирались от уже хорошо знакомого нам пяточка на трассе М-7 в двух с половиной километрах от станции Тюрлема. На сына, чтобы не нарушать закон, взял детское автокресло, а дочке, в виду её роста, оно не требуется. Как пишет Маша в своём дневнике (разрешение на использование получено), «сперва улов был плохой, но потом мы поймали джип». В слове «сперва», по всей видимости, нашли отражения 15 минут стояния на трассе на холодном ветру. Дело было в весенние каникулы.

Водитель попался со странностями. Вернее, с одной странностью – довёз нас до населённого пункта, который почему-то назвал Кстово (пригород Нижнего, известный своим НПЗ), но на автовокзале выяснилось, что это другой город – Лысково. От него до административной границы Нижнего ещё 92 километра. Воспользоваться услугами общественного транспорта не получилось – автобус уехал прямо перед нами, а следующий через 3 часа и билеты на него уже раскуплены.

Пришлось вернуться на трассу. Снег с обочины в Лысково никто не убирает, он под ярким мартовским солнцем частично растаял и стёк грязной водой на дорогу. Стоять на обочине невозможно – проезжающие мимо машины обдают брызгами с ног до головы. Но я нашёл особо внушительную кучу снега, залез на эту кучу голосовать, а детей спрятал в её тени. Минут через пятнадцать перед нами остановилась крутая спортивная тачка белого цвета, водитель которой оказался настолько мил, что довёз нас прямо до дома хоста.

Балалаечница и пауэрлифтер

С хостом вышло так. Изначально мы хотели остановиться у Алексея К. Отдельная комната, три десятка положительных отзывов, внешность располагающая… Я уже обсуждал с Алексеем детали предстоящей поездки, как мне пришло письмо от другого каучсёрфера – Екатерины К. Из письма следовало, что у неё в квартире есть ксилофон («можете попробовать на нём поиграть») и игрушки младших сыновей. Я к тому и другому равнодушен, но уж коли со мной дети, надо исходить из их запросов.

В общем, я принял предложение Екатерины. Дети были довольны. Им приглянулся и ксилофон, и его обладатель – старший сын хозяйки Максим, 12 лет от роду, и кошка Милка. Единственно, в квартире царил жуткий беспорядок. Я и сам не слишком аккуратен, но то, с чем мы столкнулись в гостях у Екатерины, вызывало у меня сильное желание взять в руки метёлку и как следует прибраться.

Беспорядок беспорядку – рознь. Екатерина банально не успевала прибраться дома из-за своего плотного графика. Утром она спешила в очередной торговый центр, где расставляла промоутеров, затем ехала на репетицию в здание нижегородского русского народного оркестра (Екатерина – балалаечница), потом в детский сад – вести занятия по музыке, а вечером либо на тренировки по пауэрлифтингу, либо на пробежку.

У Екатерины есть муж, но из-за проблем со здоровьем он не имеет постоянной работы и большую часть времени занят воспитанием детей. Я сомневаюсь, что присутствие мужа Екатерины сделало бы квартиру более опрятной (в день нашего приезда он уехал с младшими сыновьями в Самару, на соревнования), но то, что в этом случае, нам бы банально не нашлось места – это факт. К тому же в беспорядке есть свой плюс – его в отличие от порядка легче соблюдать.

Иконы преткновения

Нам «повезло» приехать в Нижний в год, когда город должен был отметить своё 800-летие. Отсюда перекопанные дороги, Кремль в лесах и чудовищная грязь на спуске от собора Архангела Михаила к набережной. По хорошему надо было вернуться к главному входу и уже оттуда спуститься к Волге, но я хотел сэкономить время. В итоге потратил его больше чем надо, оттирая штаны сыну, упавшему в колею от трактора.

С набережной поднялись к Казанской церкви и памятнику Минину и Пожарскому, – уменьшенной копии того, что стоит на Красной площади в Москве, – а от него спустились на Рождественскую улицу. По количеству и, главное, качеству зданий архитектуры модерна она превосходит любую из исторических улиц Казани. Машин и проводов тоже очень много, но это беда всех крупных российских городов.

Украшением Рождественской улицы и одним из архитектурных символов Нижнего является собор Пресвятой Богородицы. Нам повезло встретить у его стен достойного экскурсовода при одном слушателе, который не возражал против того, чтобы мы составили ему компанию. Из экскурсии мы, в частности, узнали, что нижегородский храм вместе с ещё пятью культовыми зданиями, построенными по заказу купца Григория Дмитриевича Строганова, выделяют в отдельное стилистическое направление русской архитектуры – Строгановское барокко.

Церковь освятили в 1719 году. Спустя три года её посетил Пётр I и… приказал закрыть. О причинах этого существует две легенды. Согласно первой легенде, Пётр увидел в храме оригиналы икон, написанных придворным живописцем Луи Каравакком для Петропавловского собора Санкт-Петербурга. Другая легенда гласит, что эти иконы создал крепостной художник Строганова Степан Нарыков, и что образ Спаса Вседержителя он написал со своего хозяина.

«Это что же – я должен поклоняться Гришке Строганову, холопу своему? – якобы вопросил в гневе царь, – Да не бывать этому!»

Правдивость каждой из легенд вызывает у исследователей сомнения, но факт остаётся фактом – службы в соборе возобновились только после смерти Петра. Замечу также, что красивые легенды сопутствуют всякому выдающемуся памятнику архитектуры.

Такие времена

Чем ещё запомнилась Строгановская церковь, так это резным, из дерева, иконостасом. Нечто похожее мы в тот день видели внутри собора святого благоверного князя Александра Невского, иначе называемого Новоярмарочным. Масштаб работы там, конечно, больше, а вот исполнение далеко не такое филигранное. Для справки: оригинальный иконостас Новоярмарочного собора зимой 1930 года пустили на обогрев жилых зданий, и то, что мы видим сейчас, результат реконструкции.

В шаговой доступности от Новоярмарочного собора находится возведённый к чемпионату мира по футболу стадион «Нижний Новгород». Говорят, при создании этого громоздкого сооружения архитектор вдохновлялся творчеством Исаака Левитана, конкретно его картиной «Вид на Нижний Новгород». Благодаря фасаду в форме набегающей волны стадион должен был органично вписаться в городской ландшафт и, как на том настаивал губернатор, «не закрыть пейзаж». Потом что-то пошло не так, – то ли денег не хватило, то ли фундамент заложили неправильно, – и стадион построили вообще без фасада.

Стадион возвели неподалёку от места слияния Оки и Волги. Ветра здесь страшенные, и так как фасада у сооружения нет, проводить какие-либо соревнования в зимнее время здесь проблематично – холодно и снег задувает внутрь. А кроме того, как справедливо пишут в Интернете, вблизи футбольный стадион похож на «гигантский недостроенный бассейн».

Объектом мундиаля мы любовались в самое подходящее для этого тёмное время суток, когда изъяны сооружения с лихвой компенсируются подсветкой в стиле «Альянц-Арены». А после, измученные десятичасовой прогулкой по городу, поехали на автобусе домой. В Нижнем мы проведём ещё двое суток. Это будет самое насыщенное время нашего мини-путешествия, о наиболее ярких моментах которого я расскажу в следующий раз.

 Алексей Егоров